Археологический музей ИвГУ

ПУБЛИКАЦИИ

Наша Родина – Ианово-Вознесенск. Иваново, 2006. № 5. С. 5-8: ил.

«СВЕТИТ МЕСЯЦ, СВЕТИТ ЯСНЫЙ…»

А.В. Уткин

Ученых позапрошлого и прошлого столетий, да и многих простых обывателей часто мучил один вопрос. Когда человек научился считать, т.е. когда зародились азы арифметики, знакомой каждому из нас с первого класса?

Этнографы, опросив толпы туземцев на островах Юго-Восточной Азии, в пустынях Австралии, в джунглях великих рек Конго в Африке и Амазонки в Южной Америке, дружно пришли к выводу: в глубокой древности. Археологи, копая культурные слои эпохи ранней первобытности, уточнили время этой самой «глубокой древности»: верхний палеолит. Или примерно 30-35 лет назад. Действительно, древность глубокая.

Основанием для такого утверждения послужили серийные находки обломков орудий, сделанных из костей животных и украшенных нехитрым орнаментом из коротких нарезок или неглубоких ямок, которые часто сгруппированы в отдельные пучки по «пять» штук. Подобная ритмичность на многих изделиях повторяется с завидной регулярностью. А это уже не простая случайность. Это означает не что иное, как материальную фиксацию примитивного счёта. Позднее математики обзовут его пятеричной системой.

Возникновение её банально. У человека «при себе» и тогда был, и сейчас есть постоянный анатомический «калькулятор» - пальцы руки. По ним-то он и начал свои арифметические познания. С тех седых времен в языках многих народов слово «рука» и число «пять» стали если не синонимами, то созвучными. Сравните: «пять» и древнерусское «пясть» (=русское «кисть»). Но на этом наши пращуры не остановились. Они пересчитали пальцы другой руки, «сложили, подытожили», получилось уже «десять». Пятеричная система удвоилась, превратившись в десятеричную.

Так, счёт по «пятёркам» был прочно усвоен человеком. В последующих за палеолитом эпохах эти примитивные «арифметические уравнения» фиксируются постоянно. Встречены они, в частности, и на ряде костяных изделий с Сахтышских стоянок (Тейковский р-н Ивановской обл.), выброшенных или утерянных 5-ть тысяч лет назад.

«Цивилизованный» вид пятеричной системе придали гордые римляне. Они догадались превратить первобытные нарезки в «римские» цифры: один палец – “I”, два пальца – “II”, три пальца – “III”, четыре пальца – “IIII” (цифру «четыре» частенько писали и так; взгляните хотя бы на ряд циферблатов швейцарских часов конца XIX века), «рогатина» из большого пальца и мизинца стала обозначать число “V”, а сложенные крест на крест ладошки – “X”.

После открытия древнего счёта по «пятёркам» археологи не успокоились. Принялись считать на палеолитических находках всё - чёрточки, зарубки, ямки, отверстия. Пересчитали всё. По нескольку раз. И в уме, и «в столбик», и на калькуляторе, и на компьютере. Результат впечатляющий: выявили ещё один, регулярно повторяющийся счётный ритм. Теперь уже по «семёркам». И громко заявили: охотники - современники мамонта, шерстистого носорога и овцебыка – вели счисление времени по фазам луны!

В самом деле: число «7» - это число суток, определяющих каждую фазу луны, 14-ть суток – половина лунного месяца, 28 суток – полный лунный месяц. Числом «7» определяется и количество наблюдаемых на небе планет, место которых постоянно меняется по отношению к другим звёздам. Тем же числом определяется и количество звёзд в одном из наиболее ярких созвездий Северного полушария – Большой Медведице. Первобытный предок с его острой наблюдательностью должен был уже очень рано подметить эти явления в обожествляемой (и обожаемой) им природе, и в первую очередь, конечно, фазы луны, которые легче всего было использовать для счёта времени.

Он, не сумняшись, и стал их использовать. Но… Только для определения начала и окончания череды каких-то ритуальных действ.

В связи с этим любопытна одна находка на стоянке Сахтыш-II. Здесь, при раскопках 1985 года была обнаружена ритуальная площадка, синхронная поздневолосовскому грунтовому могильнику рубежа III-II тыс. до н.э. На ней выявлена серия «кладов» каменных и костяных орудий, специально «умерщвлённых» огнём поминальных костров, масса костей жертвенных животных и около полутора десятков горшков, поставленных вверх дном и разбитых потом.

Последние были изготовлены ручным способом, из глины с обильной примесью толчёных створок озёрных ракушек. Все имели относительно крупные размеры, полуяйцевидную форму, округлое дно и обычный для волосовской культуры штампованный орнамент.

Исключение составила одна керамическая ёмкость, кропотливо собранная и склеенная из множества мелких обломков. Её орнамент выполнен тремя элементами: короткими оттисками узкого зубчатого штампа, отпечатками шнура, закрученного по часовой стрелке в спираль диаметром 42-45 мм, и мелкими ямчатыми вдавлениями. Сочетание их и зональное расположение создают впечатление какого-то особого смысла, относящегося к области космогонических представлений.

Не пытаясь здесь дать полную интерпретацию рисунка, отметим лишь следующее. Вся композиция рисунка разделяется строчкой ямчатых вдавлений на две хорошо различимые части: (1) верхнюю - простое чередование горизонтальных поясов из отпечатков гребёнки и шнура-спирали на тулове сосуда и (2) нижнюю - геометрическое расположение элементов орнамента на днище. Подсчёт количества отпечатков спирали на тулове даёт число «27», плюс ещё один отпечаток, смещённый чуть ниже ямчатого пояса. В итоге получается «28» - период наблюдаемого обращения Луны вокруг Земли, т.е. в верхней части сосуда символами отражён примитивный лунный месяц.

Труднее понять смысл рисунка в нижней части, т.к. днище было сильно фрагментировано. Отпечатков спирали здесь сохранилось только восемь, всего же их было не более 10-12. Они располагались ломаной линией по кругу и обозначали, скорее всего, вечное движение светила в мире мёртвых. На подобную мысль наводят вертикальные зигзаги из оттисков зубчатого штампа, обрамляющих сверху нижнюю части композиции и условно изображающих змей, - одного из самых устойчивых хтонических символов у населения в мезолите и неолите на территории лесной зоны Восточной Европы.

Другими словами, в орнаменте этого сосуда, с одной стороны, отражён лунный месяц, а, с другой, - представление волосовцев о двух мирах: мире реальном и мире мёртвых. Причём, первый в конечном итоге переходит во второй, что фиксируется расположением в схеме композиции рисунка 28-й “луны” ниже условной границы реального мира – пояса ямчатых вдавлений.

На неоднозначное отношение волосовцев к Луне свидетельствуют также своеобразные поделки, получившие у специалистов ёмкое название «лунниц». Они эпизодически встречаются при исследованиях многих энеолитических поселений. Небольшая (и, пожалуй, самая эффектная) коллекция их, собранная на Сахтышских стоянках, экспонируется ныне в Археологическом музее ИвГУ.

«Лунницы» миниатюрны. Представляют собой плоские серповидные изображения. Тщательно изготовлены из кремня. Концы приострёны и круто опущены вниз. У некоторых в вершине дуги выколота небольшая выемка для подвешивания изделия. У других для привязи к шнуру имеется небольшой выступ на внешнем крае.

Функциональное назначение их точно не установлено. Ясно только то, что они не имели абсолютно никакого утилитарного назначения и не являлись обычными украшениями типа подвесок, нашивавшихся на верхнюю одежду. Вероятнее всего, они использовались в определенных ритуальных церемониях или являлись каменными иллюстрациями к устным мифам и сказаниям.

… Примерно в то же время, когда на заболоченных берегах Сахтышского озера в последнюю ночь перед «уходом» луны в мир мёртвых члены родовой общины на могиле умершего соплеменника жгли поминальные костры и били ритуальную посуду, в нарождающихся цивилизациях Ближнего Востока первые земледельцы уже использовали лунные фазы для практического счисления времени: через сколько «лун» снимать урожай, после какой «луны» резать скот и… сколько «лун» назад родился правитель посёлка.

Да, да. Именно так: сколько-то «лун» прожил я, он, она. Дело в том, что ни в доисторические, ни в начальные исторические времена люди, скорее всего, не знали хронологического отрезка длиной в год. Поэтому, нам трудно представить: как Ветхозаветный Ной (тот, кто спас от потопа человечество и «каждой твари по паре») смог построить ковчег, будучи 600-летним старцем, а умереть в возрасте 950-ти лет.

Выдумка? Нет, - если предположить, что в действительности он прожил не 950 годов в современном понимании, а только 950 – «лун» (лунных месяцев-лет), то, «переводя» его возраст в наше пó-гóдное счисление, получается, что он отошёл в мир иной всего-то лишь на исходе восьмого десятка. Биологически это реально.

© 2006-2017. Археологический музей ИвГУ. г.Иваново, ул. Тимирязева, д.5
телефон: +8 (4932) 326188, факс: +8 (4932) 324677.
Сайт создан в рамках аналитической ведомственной целевой программы
Министерства образования и науки РФ "Развитие научного потенциала высшей школы
(2006-2008 гг.)" - проект № 2.2.3.1. 4325.